monnaogg (monnaogg) wrote,
monnaogg
monnaogg

Гуриев: Сейчас надо решать, как после падения (режима) строить новую страну и новую экономику

http://dimagubin.livejournal.com/200601.html

Договорились о разнице жизни, но без политики не обошлось, именно эту часть и оставлю - перекликается со статье Шарова-Делоне в еже.


<...>

Ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев эмигрировал в Париж в 2013-м после обыска и вызовов на допрос по «второму делу Ходорковского». Преподаватель факультета журналистики МГУ Дмитрий Губин договорился поговорить с коллегой не о политике, а о разнице в жизни в Париже и в Москве.

- А если бы вас позвали в России на должность главного кризис-менеджера, то какую бы программу вы предложили?
- В разработке таких программ я участвовал. Весь вопрос в том, что можно и что нельзя делать. Основные принципы – это правовое государство, то есть, как бы пафосно ни звучало, равенство перед законом. Борьба с коррупцией. Свобода, политическая конкуренция. Отмена цензуры. Говоря более узко, в силовых органах прямо сейчас нужно уволить руководителей, которые занимаются рэкетом. В Грузии это удалось сделать достаточно быстро. Когда говорят, что у русских есть какая-то генетическая предрасположенность к коррупции и воровству, я воспринимаю это как расистское заявление типа «русские люди – второго сорта, не способные построить достойную жизнь». Я с этим не согласен.  Напомню о Южной и Северной Корее, Восточной и Западной Германии – эти эксперименты показали, что один и тот же народ может жить и очень хорошо, и очень плохо.

- К сожалению, история не знает ни одного примера, чтобы от несвободе к свободе переходили либо без революции, либо без военного поражения.
- Всякое бывало. При этом история не знает примеров, чтобы страна настолько богатая и образованная, как Россия, совершала бы переход от недемократии к демократии. Надо понимать, что следующий переход власти будет осуществляться в Москве, а это очень богатый и образованный город. Московскому среднему классу есть, что терять. Он не заинтересован ни в войне, ни в погромах, ни в революции. Да, риск, что власть будет защищаться, стрелять, сажать, - он есть. С другой стороны, все когда-то происходит в первый раз. До принятия Декларации прав человека такой декларации не было. До демократий демократического общества не было. Хотя сейчас Россия создает другой прецедент. Никогда еще в истории под воздействием пропаганды не было такого быстрого и тотального изменения общественного мнения в сторону абсолютно параноидального.  Даже в 1930-е годы в Германии это происходило медленнее. Правда, в распоряжении Геббельса было только радио, а не телевидение. Когда вы видите картинку, это убеждает вас в правдивости позиции говорящего. То, что мы наблюдаем сейчас – это уникальная история, о которой будут писать все учебники. Но, возможно, изменение этого режима тоже будет историческим событием.

- В 2011-м вышла ваша совместная книга с Эндрю Качинсом и Андерсом Ослундом «Россия после кризиса». Если бы сегодня вы начинали писать книгу с таким же названием, то что бы изменили в ее содержании?
- Очень хороший вопрос! В этой книге все то, что происходило в России до войны с Украиной, мы называли «сценарий 70-80». Когда мы писали эту книгу, цена на нефть была $40-$50 за баррель, и мы писали, что есть вероятность того, что она поднимется до $70-$80, и жизнь в России тогда вернется в 70-е-80-е годы прошлого века. И будет такой брежневский застой. Мы ошиблись, цена поднялась до $100, но с точки зрения качественных характеристик режима все произошло ровно так, как мы предсказывали. Мы писали, как устроена коррупция, и что с коррупцией не будут бороться. Там было про то,  что у Газпрома возникнут серьезнейшие проблемы, что не будет расти добыча и так далее. Что СНГ обречен… А сегодня есть спрос на другие исследования.  Мы не знаем, когда и каким образом изменится режим. Но крайне важно понимать, как после его падения строить новую страну и новую экономику. Вплоть до того, созывать ли конституционное совещание и устраивать ли референдум по поводу перехода к парламентской республике. Проводить выборы через полгода или через год. Вводить люстрацию или нет. Ставить ли целью вступление в Евросоюз. Вот такого рода вещи нужно изучать и обсуждать сейчас. Потому что хотя людям кажется, что идеи не важны, на самом деле миром правят именно идеи. Кейнс сказал, что те люди, которым кажется, что они практики и не зависят от теорий, - они просто в плену старых теорий. И то, что сегодня российские власти не предлагают ничего – вообще ничего! - с точки зрения идей, повестки дня, стратегии развития, не означает, что ничего не надо предлагать. Страны растут и развиваются вокруг идей. Отсутствие идей приводит к тому, что страны разваливаются, а общества теряют объединяющую ткань. Сегодня российское общество объединено образом врага, построенном на лжи. У российской власти нет позитивной повестки дня. Что власть сегодня может предложить? Ничего – только желание сидеть в тайге и гонять поросят, хотя не знаю, где в тайге президент Путин нашел поросят.

- А какая идея объединяет Францию и французов?
- Франция – это республика. Франция основана на Декларации прав человека и на понятии гражданина, и люди гордятся тем, что живут в такой стране. И это та же идея, что объединяет все европейские страны. Но при этом они все разные. Франция – унитарное государство, Германия – федеративное. Франция куда более зарегулирована с точки зрения экономики. Но обе страны построены на идее верховенства закона, демократии, правах человека. В России не все понимают, что такое европейские проект. Он держится на очень сильной идее: мы, европейцы, преодолели столетия войн и построили континент, где разные страны живут в мире и согласии. Нельзя говорить, что в Европе нет проблем, но вот эта идея – достроить европейский дом – очень важна. Я хорошо помню, как в 2011-м году очень многие люди в России, даже с симпатией относящиеся к Европе, говорили, что европейский проект разваливается. На многих подобных дебатах я был в одиночестве. Я говорил: Европа – это больше, чем экономический проект. Это ценностный проект, отказаться от которого для многих европейцев будет немыслимо, даже если это дорого каждому обойдется. Никто не знает, чем кончится ситуация в Греции, и выйдет ли из еврозоны Великобритания. Но где еще в истории был успешный наднациональный союз, основанный не на военной силе, а на ценностях?
Tags: Россия, оппозиция, что_впереди
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments